qebedo: (Default)
Известный в Самаре театральный критик, искусствовед, постоянный обозреватель газет и журналов и «просто очень культурный человек» Ксения Аитова рассказала «ДП» о том, чем примечателен закончившийся только что сезон, что нового и интересного происходит «на самарских театрах» и можно ли считать наш регион «культурной провинцией».

«Обидно, что на «Золотую маску» нельзя номинировать сразу два состава»

- Если коротко – сезон 2016-2017 годов можно назвать удачным для самарских театров?

- Конечно. До этого года у Самарской области было только четыре  «Золотые маски»: у Веры Ершовой «За честь и достоинство», у «СамАрта» за «Бумбараш» и «Мамашу Кураж», обе за лучшую работу художника – Юрия Харикова, и у Константина Титова «За поддержку театрального искусства». Это всё за 20 лет. А тут на одном фестивале сразу две – у «Грани» за костюмы Елены Соловьевой в «Корабле дураков» и у Владимира Гальченко за роль второго плана в «Истории лошади» Театра драмы.

- Это заслуженный успех?

- Само собой. А настоящий успех не бывает, по-моему, незаслуженным. Стоит упомянуть и Театр оперы и балета, номинированный второй год подряд. После вручения наград он оказался в тени, но «Золотая Маска» - это Олимпийские игры, конкуренция высочайшая, поэтому сама номинация дорогого стоит, очень здорово, что театр набрал такую форму и теперь проходит на «Маску». Посмотрите оперу «Леди Макбет Мценского уезда», Георгий Исаакян ее очень интересно поставил, а труппа отлично справилась с Шостаковичем. Обидно, конечно, что нельзя номинировать сразу два состава – и в Оперном, и в Драме были достойные работы, не прозвучавшие на «Маске».

И не забудем, что вот-вот вернется в строй после затянувшейся реконструкции «СамАрт», два года у театра не было премьер, и вот наконец вышел «Пер Гюнт» в постановке Артема Устинова, впереди открытие большого зала с современным техническим оснащением — новые вызовы, новые возможности.

- То есть, земля самарская после несколько затянувшейся с прошлого века «засухи» наконец-то зафонтанировала театральными талантами?

- Если быть совсем честными и объективными (а я по природе не склонный к иллюзиям скептик), не стоит забывать, что это не только мы стали мощнее звучать на «Золотой маске». Фестиваль тоже разрастается, увеличивается число номинаций и наград, это и объективный процесс, и последствия обид в том числе некоторых региональных театров на «засилье столичных».

Но в этом году не говорят о конъюнктуре, напротив, председатель экспертного совета по драматическому театру Алена Карась в интервью «Коммерсанту» констатировала «театральную революцию регионов». Экспертному совету в этом отношении можно доверять, никто так не знает театральную провинцию, как эти люди, целый год ради объективного отбора на «Маску» совершающие почти подвиг. За небольшие деньги, без отрыва от основной работы они ездят по стране, смотрят немыслимое количество спектаклей и записей.  И само собой, на фоне такой оценки региональных театров наши две «Маски» особенно приятны.

Окончание тут.




qebedo: (Default)
Я Уилл Шекспир и я пишу сонеты
пишу неплохо вроде говорят
но как у Сидни стройные куплеты
кудряво плесть сумею я навряд

я пробую перо в драматургии
я Талии и Мельпомены друг
но дружбы мало этим сестрам Клии
покамест Кит Марло им всем супруг

попробовать себя ли в эпопее
октавами я чувствую пойдет
но Роберт Спенсер с королевой-феей
меня на всех прогонах обойдет

как трудно жить обычному поэту
так конкуренция сильна что и не встать...
нет с Китом надо что-то сделать к лету
и Тита Андроника дописать



qebedo: (Default)
Я уже писал о тех случаях, когда у меня появляется иррациональная тяга к собиранию "одинаковых" книг. А еще я писал, как приобрел в 2003 году сборник поэзии Джакомо Леопарди, который вошел с тех пор в число моих любимых.

Посему я совершенно не мог проигнорировать года два-три тому назад на Озонуме книгу некоей госпожи И.К. Полуяхтовой "Жизнь и творчество Джакомо Леопарди". И не потому. что верил, будто автор[ша] смогла написать что-то яркое и выдающееся - в этом смысле фотография обложки и очень краткая аннотация были классическим "котом в мешке". Но на фото с обложки на меня смотрел том[ик], изданный тем же форматом и оформленный в том же стиле, что и сборник Леопарди... Ну, сами понимаете, шансов увернуться у меня не было.



Read more... )

qebedo: (Default)
Самарский писатель, автор книг «Безымянлаг» и «Улица Свободы», финалист общероссийской литературной премии «Дебют» Андрей Олех рассказал «ДП» о кризисе в литературе, о культурной жизни в Самаре и об отношении к критике.

«Эпоха такая – тогда каждая история превращалась в экшн»

- Минута рекламы – расскажи о недавнем творческом достижении, похвастайся…
- В апреле этого года в московском издательстве «Эксмо» вышла моя вторая книга из «Безымянской трилогии», с названием «Улица Свободы». Каждая из частей трилогии автономна, но все связаны общим местом действия. Их можно читать в любом порядке (а можно и не читать ни одну из них).

«Улица Свободы» – о «фурагах» и времени «застоя», о 1970-х. Если «Безымянлаг» был написан по архивным документам, то вторая часть состоит из воспоминаний очевидцев – знакомых, родственников и случайных людей. Сбор информации происходил всю мою жизнь – я сам родился и вырос на Безымянке. Внутрь сюжета, завязанного на детективной интриге, вплетены разные истории и легенды. Если говорить высоким слогом – это социальная драма, где двое простых рабочих пытаются вырваться из своего повседневного окружения, но всё идет против них…

Третья часть, над которой я как раз сейчас работаю, будет посвящена нашим самарским бандитам 1990-х. Если «Улица Свободы» более лиричная, последняя часть будет содержать больше экшна. Ну и эпоха такая, тогда каждая история сама по себе превращалась в экшн.

- Как простой самарский журналист дошел до жизни такой? Все журналисты шутят, что каждый из них мечтает написать роман, но далеко не у всех получается.

– Когда я написал «Безымянлаг» и выбросил его в Сеть, публика меня заметила. Ключевым событием стала премия «Дебют». А главную роль сыграл творческие амбиции – я очень хотел написать мифологию городских окраин.

Окончание тут.




qebedo: (Default)
Смотрю ЖЖ, смотрю (таперича) мордобук - и уже третий деть понимаю, какое просто опупенное количество народу внезапно поняли, что всю жизнь до смерти любили стихи Евтушенко... Алё, любители? Сколько сборников у вас дома на полке стоит? Вы когда в последний раз цитировали свое "любимое из него"? Вы вообще (правильно кто-то заметил) до этого дня точно знали, что он еще не умер?

Как по мне, так большинство отписываются потому, что:

  • Ай, я же помню, как в молодости ухаживал за девушкой, которая любила в Политехе Евтушенку слушать!.. Или Рождественского?

  • Вот, помирают "старые советские" люди (плевать, что Евтушенко - "апостол перестройки"), "таких теперь не делают", вот при Сталине такого было - а щас не было...

  • Ну и проще всего - "все скорбят, и я скорбю, я всегда как все".


А сам я как при жизни Евтушенки был глубоко безразличен к его творчеству (и стихи слабые, и "совок" во весь рост, и пережил он себя вообще лет на 20 так точно), так и нынче спокоен - умер старый человек, время пришло, мир праху, вечность покажет, что из него в ней (вечности) останется (хотя бы лет через 10). Чего расплясались на поминках? Не свадьба же...



qebedo: (Default)
Так вот, обещал я (давно) рассказать, какие мысли пришли мне в голову о романтизме, когда я столкнулся... Но по порядку.
Read more... )


Брр, вот как-то так. Понимаю, что сумбурно. Готов в каментах ответить на вопросы, если таковые возникли - так будет конкретнее, заодно многое из непонятного может и проясниться.

qebedo: (Default)
Читаю по ходу дела "Чеченскую народную поэзию XIX-XX веков". Ну, все догадываются, что чеченцы - парни лихие, особенно в своих собственных глазах. Но вот это меня просто замкнуло:

И Черный Ногай ответил: "Есть сын у меня один,
лет пять еще до пятнадцати ему расти и расти..."
Он приобнял подростка, огладил его бешмет,
на белом бешмете три пуговки старательно застегнул
и так сказал: "Сын мой храбрый, иди с гостями в набег.
Но именем Бога нынче пред вами всеми клянусь,
что если мой сын вернется, хоть пуговку потеряв,
то собственною рукою я тут же сына казню!
Если из шестидесяти всадников хоть один
будет убит, а сын мой назад возвратится, что ж,
приму я сына, но клятвы я не нарушу своей!"

Как-то уж слишком сурово у них с мальчиками было, спартанцы просто дети...



qebedo: (Default)
Окончание подзатянувшейся рецензии на "Классическую драму древней Индии".

Шудрака, "Глиняная повозка". Самая интересная, она же большая (10 актов - чаттуранга-шах и чаттуранга-мат, европеоиды!) пьеса сборника, и потому полна "того самого" - длинные описательных "прогонов", вплоть до "Я пойду во двор. Вот, пошел. Вау, это двор...". Но зато она просто пышет "неповторимым колоритом" древней Индии, ее бытописанием и всевозможными "поворотами интриги" (Шудраку даже упрекали в "ломке канона", который предписывал избегать драматического нагнетания и "кульминационных переломов").
В отличие от двух первых - наконец-то "пралюбофь", ибо рассказывает о "глубоком, но чистом" чувстве разорившегося купца Чарудатты и гетеры Васантасены. Правда, налицо "эффект Вальтера Скотта", согласно которому главные положительные герои слишком невкусны, ибо без соли и перца. Чарудатта разорился, так как "раздавал нуждающимся", и постоянно сетует на то, что "вот теперь раздавать нечего, а ведь все так нуждаются!"; в общем, жутко положительный, а потому анемичный и бездеятельный персонаж. Васантасена поживее, ибо "жрица любви", да и "сама набивается", игнорируя посыл любимого "я беден, мадам, меня любить нельзя!"; но у нее неправдобоподная мотивация, а точнее, ее совсем нет - ну за что, на самом деле, продажная женщина (то есть, далеко не романтичная девочка, а девица, видавшая жизнь со всех сторон) полюбила голяка-босяка, да еще и гонит от себя богатых клиентов ради него (на что она живет-то? на трудовые сбережения?)? "Разве это сюжет?" (с)
Зато все остальные персонажи - прямо-таки россыпь характеров и забавных типажей. Соперник героя, домогающийся Васантасены, наглый, мерзкий и злой царский шурин Самстханака - вообще уникальный для санскритской драмы персонаж, ибо ярко выраженный злодей (а при установке на "никаких трагедий" это некомильфо), который не останавливается даже перед преступлением. Его Приживал (а говоря более знакомыми нам театральными терминами - парасит) - умный, образованный и порядочный человек, по бедности вынужденный прислуживать ничтожеству, которого в глаза называет "ублюдок" и "потаскухин сын" (а тот его почтительно - "умнейший"). Есть приживал и у Чарудатты - Матрейя, добрый, но недалекий и простодыроватый малый, постоянно что-то недопонимающий и усложняющий непониманием ход событий. Участвуют в развитии сюжета и брахман-вор Шарвилака, читающий "по ходу дела" мини-лекции об искусстве тыбзить чужое, и его друг, отстраненный от престола царевич Арьяка, сбежавший из "тиранских узилищ".  А также многочисленные слуги, матери, жены, дети, стражники, монахи и "просто мимо пробегал", всего до двух с половиной десятков действующиз лиц, каждый из которых имеет свои "15 минут сцены". В общем, эпическая вещь, и кончается, как и все санскритские драмы, хорошо - очень познавательное и интересное чтение.

Махендравикрамаварман, "Хмельные забавы". Коротенький одноактный фарс, вопреки марксистско-позитивистскому настрою автора предисловия - совсем даже не "сатира на разложившихся жрецов", а просто юмористическая сценка-скетч. Участвуют в ней капалин (представитель нищенствующего шиваистского братства) Сатьясома и его спутница Девасома, которые сильно под мухой потеряли где-то чашу для подаяний (капалу - из черепа покойника, это такие шиваистско-мистические штучки, да) и обвиняют в этом мимо пробегавшего буддийского монаха Нагасену. Рассудить их берется пашупат (служитель ортодоксальной версии шиваизма) Бабхрукальпа, и в итоге три монаха бранят друг друга и даже дерутся, пока не появляется Юродивый...



qebedo: (Default)
Да, я люблю читать вещи "на грани понимания". В данном случае - на грани экзотики, ибо еще чуть-чуть, и будет нарушено мое главное правило "экзотику ради экзотики не ем". Это я читаю сборник "Классическая драма древней Индии".

Это на самом деле нечто иное, непривычное. В нашей евротрадиции театр - это показ на сцене каких-то сильно драматических событий, всякие конфликты и столкновения с кульминациями и развязками, вплоть до смерти или чудесного спасения. В индийской - это рассказ о них, потому что большую часть сценического времени актер повествует о чем-то, что случается за сценой. Вплоть до того, что театральная условность возведена в абсолют - ремарки типа "Выходит и снова заходит" (имеется в виду "метнулся туда и обратно"), "Обходит сцену" (изображая перемещение в пространстве) и пр., а каждая пьеса предваряется прологом, в котором к зрителям обращаются руководитель труппы и ведущая актриса. Персонажи участвуют в какой-то части драматической интриги, а всё остальное, что остается за сценой, объясняют предварительными монологами - потому древнюю драму (или "санскритскую" - хотя на санскрите говорят только благородные персонажи, а простолюдиы чешут на пракритах) и называют еще описательной.

Ну и самая главная черта санскритской драмы - белое не носить обтягивающее не надевать избегать трагичности. Диковато на вкус европейца, но всякое насилие со сцены гонится "за кадр", как и убийства с казнями, а ежели что-то такое случается вдруг на сцене, то в конце появляется "царь (или советник) из машины" и счастливо разруливает ситуацию. И вообще - герои должны быть к концу пьесы не только живы и здоровы, но еще и счастливы.

Не спешите надувать губы и говорить "никогда!". У древнего  (IV-III века до н.э.) театра Индии есть свое неповторимое очарование. Его достоинство - именно то, что сперва кажется недостатком. Особая манера повествования и чинное-церемонное поведение актеров на сцене, перемежание прозы стихами - это в общем, а в частности - масса мелких деталей "древней индийской жизни", которые, естественно, ни в каком другом театре вам не покажут. Драматурги умудряются создавать в таких условиях самые разные характеры - эпические герои, коварные злодеи, комические персонажи и пр. - с индивидуальными чертами характера. В общем, искусство - оно и в Индии искусство, мастерство не пропьешь.

(Продолжение следует)



qebedo: (Default)
Задумывались ли вы когда-нибудь о том, что реализм, родившийся как "стиль описания натуральной жизни простых людей", на самом деле никогда этими самыми "простыми людями" не потреблялся? На одного писателя, поднявшегося на гребне унылого реализма "из народа", какого-нть Джеколондон-Пешковича, приходились унылые легионы унылых мелких бар, типа Турген-Толстовых, либо образованцев, типа Чеховича-Мопассне или Золевича, то есть людей совсем не бедных и ничем в материальном плане не страдающих. Да и Пешковичи - они оттуда же, от "моды на страдания народов", ухватили тренд и доили его. А барам же кто-то (Белинсков?) вдолбил в голову, что "надо быть с народом, нельзя отрываться от его!", и они изо всех сил рисовали "жЫзнь за окном", как ее понимали - унылую и скушную.

И читали эту "жЫзень" они же - недоаристократы и переобразованцы. "Народу" эти "щедевры про него" всегда были монопенисуальны, рабочие, крестьяны и лавошники видели говна каждый день, чтобы еще про него читать. Им требовалась совсем другая литература - про "благороднова разбойника Антона Кречета", про Нэйта Пинкертанова, про Шерлу Холмсова, Арсения Дюпенова, про "Нарзана из жунглей и щенжину-змею". Кстати, нынче это трансформировалось в кино про супергероев, которое рвет все кассы мира.

Вот и получается, что "реализм для народа" родился в небольшой общественной прослойке "образованцев" и потреблялся в основном ею. Но поскольку в ХХ веке именно эти люди ломанулись во власть "революционным путем" (не только в России и не только через расстрелы), они насильственным порядком сделали свое любимое чтиво "о придуманном народе" если и не массовой культурой (кишка оказалось тонка, против кассы не попрешь), то "илитарной" и "хуёжественной классикой", оттеснив нормальные, любимые народом жанры нереализма...

Сволочи, в общем.

О романтизме - в следующий раз.



qebedo: (Default)
Все 2,5 внимательных читателя оного блога знают о симпатии, которую я питаю к сочинениям датского автора позапрошлого века Адама Готлоба Эленшлегера. Увенчанный в 1829 году лавровым венком "короля скандинавских поэтов" (совершенно официально - самим Эсайасом Тегнером в Лундском соборе), он еще и в одном лице отец датского романтизма, а також и национального театра - ибо сочинения его предшественников Лудвига Хольберга и Йоханнеса Эвальда не обеспечили зрителей достаточным количеством качественных пьес, которые бы сломали тренд ставить на театрах в основном зарубежные переводы. Ну и до кучи Эленшлегер еще и автор слов датского национального гимна.
Read more... )


qebedo: (Default)
Хотелось бы мне возрадоваться и сказать, что капризная природа мироздания, отняв у идеального читателя (меня) идеального писателя Умберто Эко (а до него - идеального писателя Милорада Павича), тут же поспешила компенсировать эту нечеловеческую утрату, открыв мне талант Салмана Рушди... Хотелось бы, но не скажу, ибо трех прочитанных вещей (одна из которых вообще детская сказка) для таких заявлений маловато будет, а самое главное - у меня по-прежнему сохраняются опасения и нежелание читать его "раннюю монументальщину", типа "Детей полуночи", "Стыда", "Сатанинских стихов", "Ярости" или "Клоуна Шалимара" (разве что "Прощальный вздох Мавра" можно попро...). Возможно, это временно, но пока не прошло. Зато радует то, что на душу мою легли как раз последние его вещи (что обещает некое "продолжение следует", ежели В-кий Б-дда дарует 69-летнему писателю еще немного жизни и деятельности), "Флорентийская чародейка" и новый (ну как новый - написан в 2013, но на "ридну мову" перевели и издали только что) роман "Два года, восемь месяцев и двадцать восемь ночей".
Read more... )


qebedo: (Default)
Я таки дочитал сборник пьес Тикамацу Мондзаэмона. Это очередные "японские штучки", о которых Интернет ничего внятного не сообщит - потому что для хотя бы краткой аннотации "по делу" нужно их прочитать. И это вам не маринина и даже не левтолстов - найдите-ка того, кто прочитал что-нибудь у Тикамацу...
Read more... )



qebedo: (Default)
Цветочки и колючки несвятого Франциска (окончание)

в 1639 году Кеведо доигрался в политические интриги - под салфеткой на обеденном столе короля Филиппа IV нашли анонимный мемориал (памятную записку), резко критикующий политику графа-герцога Оливареса. Увы, автор, в котором без труда опознали дона Франсиско, просчитался - король выдал его своему фавориту головой, и секретаря Его Величества подвергли аресту, конфискации всех бумаг (и библиотеки тоже) и суровому заключению без суда в монастырь Сан-Маркос в Леоне. Узилище было весьма мрачным - Кеведо жаловался на холод, и единственным его развлечением в заключении было чтение книг.


Монастырь Сан-Маркос

Read more... )
qebedo: (Default)
Ну что, слышали сегодня гром от падения неба на землю? Это я дочитал второй том Расина. Не то чтобы отмучался, но зашел он как-то очень туго, особенно по сравнению с первым томом...Read more... )Так что да, гений - работа вредная, и не все доживают целыми до концы, увы. И потому я еще больше зауважал Корнеля - старик даже в последних своих вещах "вполне еще торт", даже если не "Наполеон", то уж по крайней мере "Вафельный".



qebedo: (Default)
Цветочки и колючки несвятого Франциска (продолжение)

В 1613 году, "в самом расцвете сил", Франсиско де Кеведо меняет свою тунеядскую жизнь, отправляясь "на службу отчизне"... На самом деле он принимает предложение знатного друга Педро Тельеса-Хирона и Веласко ГусмАна де Товара, герцога Осуны, стать его секретарем. Герцог - один из помощников всесильного фаворита Лермы, с 1610 года бывший вице-королем Сицилии, а с 1616 - Неаполя. В руках Осуны была вся испанская политика в Италии, внутренняя и внешняя, и ему требовался толковый и надежный помощник, которого он нашел в Кеведо. Шесть лет, с 1613 по 1619, Кеведо ныряет в мутные воды "государственного интереса", выполняя миссии, подробности которых нынче вообще скрыты мраком неизвестности - например, его роль в "заговоре Бедамара" до сих пор дискутируется историками.


Герцог де Осуна

Read more... )
qebedo: (Default)
Дочитываю второй том Расина, одолел "Федру", остались "Эсфирь" и "Гофолия". И сидит на мне гигантских размеров жаба, и клюет мой мозг - какая, на фиг, Эсфирь, какая, к перепелам, Гофолия?.. Неужели французский драматург XVII века писал на иврите? Стоп, на иврите тоже нет никаких эсфирей и гофолий - там Эстер и Аталия, ежели уж на то пошло...
Лезу в сеть, ищу французский оригинал, читаю список действующих лиц, сравниваю с переводом... Нет, точно повбивав бы:

  • Ассюэрюс - а никуя не Артаксеркс;

  • Эстер - а никуя не Эсфирь;

  • Мардоши - а никуя не Мардохей;

  • Аман - да не Аман, а с прононсом, АмАОн;

  • Зарес - а никуя не Зерешь;

  • Идасп - а не Гидасп;

  • Асаф - один-одинешенек тут таки Асаф;

  • Элиз - мля, Элиз, а не Елизавета (!!!);

  • Тамар - а не Фамарь (это еврейское имя, а не фамилия дантиста!!!).

В общем, кино и немцы театр и евреи... В "Гофолии" всё так же жестко:

  • Жоас - а никуя не Иоас;

  • Атали - а не Гофолия (!!!);

  • Жоад - а не Иодай (по рукам им дай, мля!);

  • Жозабет -  а никуя, ну просто никуя не Иосавеф (назовите дочь свою на букву -ф, придурки!);

  • Закари - а не Захария;

  • Салёмис - а не Суламифь, мля, не Суламифь (!!!);

  • Абнер - а не Авенир;

  • Азарияс (или даже Афарияс) - а не Азария;

  • Исмаэль - не Исмаил (он не крепость!!!);

  • Матан - не Матфан (да чо их на фы всех клинит!!!)

  • Набал - а не Навал (какой еще в жопу навал, куда аврал?!!);

  • Агар - а не Агарь...

Да знаю я прекрасно, откудова все эти "фыфы" взялись - из православного.... как бы слово подобрать... фантазирования на тему Библии, которое хрен знает в каком веке считалось переводом (но уж точно не последние лет 200). К древним евреям никакого отношения не имеют оне - даже если бы пьесу переводили с иврита...
Но она написана на французском! В XVII веке!! Не в России!!! И с какого пофига там "православно-посконные" имена??? Что за очковтирание мне тут вместо перевода-то? Зачем мне эти параллели к православию в тексте, который писал католик???
В общем, ПГМ-то, оказывается, болезнь с многовековой историей, м-да.



qebedo: (Default)
Цветочки и колючки несвятого Франциска (начало)

Для испанцев Кеведо - это монстр, глыбище, один из слонов, на которых стоит их "Золотой век" (а на нем - вся испанская литература, театр, музыка и прочая культура), он в одном ряду с Сервантесом, де Вегой и Кальдероном, причем одного с ними размера. Особый разговор - популярность Кеведо в Латинской Америке, где кубинец Лесама Лима или аргентинец Хорхе Луис Борхес посвящали ему многие страницы своих сочинений. Но что знают о нем россияне? Какой-то латинос, писал стишки и чего-то там роман...


Read more... )

qebedo: (Default)
Роберт и медведи (окончание)

Что касается творчества, то Саути был настоящим полиглотом-многостаночником. Во-первых, он много переводил с испанского и португальского, будучи фанатом иберийской культуры, и сочинил даже "фейковые" заметки о путешествии по этим странам и письма испанца из Англии, а под конец жизни задумал многотомную историю иберийской цивилизации, но успел написать лишь "Историю Бразилии" в 3 томах. Помимо этого, его перу принадлежит двухтомная "История войны на Пиренейском полуострове", "Жизнеописаия бртанских адмиралов" в 5 томах, а также биографии проповедника Джона Беньяна, основателя методизма Джона Уэсли, адмирала Горацио Нельсона, Оливера Кромвеля и поэта Уильяма Купера. Впрочем, историк из Саути был так себе - он собирал все слухи и сплетни, не озабочивая себя критическим анализом, за что заслужил суровые слова Томаса Бабингтона Маколея, приведенные в каментах к первой части его биографии в оном ЖЖ.


Суровый Томас Б. Маколей

Read more... )

qebedo: (Default)
Роберт и медведи (начало)

Роберту Саути в жизни доставалось много несправедливых обид. Например, безграмотные пейзаны норовили сэкономить на его фамилии, обзывая "Сути". Но они делали это хотя бы по вонючей дремучести, а вот лорд Джордж Г. Байрон, который рифмовал ее с "mouthy", просто глумился. Потому что считал Саути своим "политическим противником", которого надо втаптывать в грязь силой поэтического слова. А поскольку в России (и по наследству в СССР) бисексуально озабоченный хам и эгоист-эгоцентрик Байрон превратился в кумира, то все его "враги" оборотились в "жалких, ничтожных личностей"... Впрочем, по порядку.


Роберт Саути во времена бурной молодости

Read more... )

Profile

qebedo: (Default)
qebedo

July 2017

S M T W T F S
       1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 1415
16171819202122
23242526272829
3031     

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 24th, 2017 10:34 pm
Powered by Dreamwidth Studios